Ба, знакомые всё лица, на манеже опять всё те же.
Духовная моя «пицца» как никак пища тоже та же,
Она для ума еда любому невеже,
Молчать тут себе дороже. Такое вот вам моё «драже»…
Привет вам, моим дражайшим! Поклон мой вам нижайший!
Это я опять, Теодор Курчанский, всем моё «здрасти»!
Пищею для ума пусть будут словесные мои страсти-мордасти
Это мира сего и века сего напасти,
Это пропасти для пропащих.
Но это не копипасты, не зубной заговОр иль зАговор
И не зубные пасты -
Это внутреннего мира моего контрасты, вне масти мои посты
Если что не так, ты уж меня прости. Я хочу и себя и тебя спасти.
Я желаю в «новом мире» своей части, лучшей и всем вам участи!
Погосты уже пусты… Что райские кущи когда твоего огорода кусты.
Но кресты обильны ещё вокруг могил всех побелённых,
но изнутри пустых. Потому для них мой юродив стих.
Но лих потому души моей крик,
Когда её душит, вкладывая в мои уши некий триединый лик.
Уроки жизни преподносят и бытия события и учений догматы,
Они духовны учителя иль гуру. Навязывают свою культуру.
Но я с другого питаюсь нонче стола.
Где пищу готовят реаниматоры всех слов и всех учений апостолов.
Это рестовраторы чисто библейских основ
И тебе с ними пора в поспевшие ныне поля.
Если «нефинеем» решишь ты быть ву-а-ля…
Тут из уст пусть в цель летит каждая словесная «пуля»…
Имеющий уши да слышит как Божий под солнцем сынуля.
Из уст в уста дыхание жизни свыше дадут тем с нуля
Когда Помазанник уже в Царстве Отца стоит у руля,
Тогда встанет с печи как Муромец Илья каждый Емеля
Ведь отведают с рук помазанников «космического киселя»
От млечных путей на землю они несут «молоко и мёд»,
Каждый ангел Иисуса с жизнью Иаг ведь к людям идёт…
Это и есть та река молока с кисельными округ берегами.
Это наш сок «ГАМИ». Это мой и твой оберег. Это жизни брег.
Разве ты не любишь жизнь и не ищешь Источник жизни?
В краткодневности бытия не видать мира сего кривИзны.
В контексте вечности либо твоя жизнь одного века пар,
либо вечный пир. Это вопроса вечности пиар.
После войн воцарится мир, а не повсеместный мор,
Сложит оружие тогда каждый батька в миру «черномор»
И все их бригады. Где тринитарных воинств было не три неких «Гада»,
а тридцать три воина млада.
И разобьётся в дребезги вдруг Даниилова истукана кумир.
«Невестою» Ягнёнка в небесах ныне стал весь наш «клир»,
У неё с ним не просто флирт, а небесна свадьба!
Иерусалима это, как Шатра Иаг, царская судьба ведь.
Так что и там знакомые всё лица, БА, только смотри в оба
Это стосорокачетырёх тысяч ликая наша столица,
Как «живые камни» освящены и оптёсаны в Града грани все эти лица,
«Церковь» сия собиралась веками по драгоценным крупицам.
Это в небе великая стройка, а что же у нас на землице?
Проходят годы без парада, тут нет Эдема сада
«Тварь» всю, и гадов и не гадов, всё также принимает «гадэс»
Хвосты друг другу рубят по самые зады
Торговцы в «Церкви», где нет живой воды.
Рыба опять гниёт с головы,
Даже и у протестантской рыбы. Ведь они тож не правы.
Но «сарафанное радио» действует в стиле «ГЛОБО»
И догматы антихриста разбиты уж в глыбы,
Разве на них наш общий Творец
Не поставит всеми любимый ими крест?
И эти «князья» от «бога века сего», а их ого-го,
С паствы собирают для хозяев мира казну,
Организовав в приходах своих мышиную лишь возню
Продавец сочинитель сих всех духовных грёз
Для раков, лебедей и щук предоставил воз.
Но кто не работает, тот не ест!
Дармоед выгнан будет из злачных и священных мест.
Это Божья месть. Кто не познал на практике всю священства честь
И жречество новое боле не «жрёт», не стрижёт «овец»
Притязания на небесно священство – это их «Хар-Магеддец».
«Десятины» бремя не снято, хоть и ушли уж священники
В небесное место, что свято.
Но чашей воды да миской еды
мы всяко поддержим нового своего «левита»,
Ведь это княжеская от небесного Царства наша земная элита.
Там пионерский дух, они «первые», это первенцев тесный круг…
Это новой «десятины» плата по Писанию без плагиата
Они вместо Христа и вместо его «невесты» послы.
Они, как христиане, от дома к дому тоже пошли.
Это «малые братья» Христа, жизнь их тоже чиста,
Благословенья от них нам придут как с куста
Мы принимаем их в дом, чтоб услышать Слово Иаг
Мы вечеряем с ними как с самим Иисусом так всяк.
Они учителя от храма, от небесного «тела», что тама.
Единый храм ведь отстроен в «Божьем Израиле» вновь,
Но ныне уложен он лишь из ЖИВЫХ «камней»!
Учат нас «агапэ», практикою являя любовь,
Царскому сему Закону в периоде этих «последних дней».
Они Первосвященника разносят и доносят слово,
На праздник шалашей народ Иаг так созывается снова.
Для всех народов в небе есть уж для «молитвы дом»,
И станут прозелитским Израиля они реальным народом.
А кто к «Иерусалиму новому» паломником упорно не хочет стать,
Ведь любит он скажем «порно» иль теленасилие с горою поп- корна,
Тому останется в миру греха бездетным «кроликом» доживать.
Им от древа жизни плоды не жевать.
Их как своих ушей таковым не видать
Для всех будет знаменье Авраама в оный день.
Свою лозу мы заимеем и под инжира усядемся тень.
Ведь виноделов цех готовит новых мех для нового вина,
Это внутреннего мира и дел по вере горная война.
А время тлением взрывает «колобки» все плотяные душ,
Это давильня гнева винограда «ягод», кто забыл про душу
И не встал под душ. Кто не простодушен,
кто не хотел вечно дышать. Не будем им мешать
Свою награду сейчас и только сейчас получать…
В книгу Гиннеса мы не ищем попасть,
В мире, где легко упасть и пропасть.
Лучше в «книгу жизни» быть вписаным как в «красную книгу»!
По Библии пора ковать серпы из всякого меча, разоружаясь мигом.
Мы лишь сей жизненной книги чтить хотим своды,
Мы желаем настоящей свободы,
И желаем получить хоть глоток, но «живой воды».
Пробегают годы, но мы не знаем их моды
Вставлять в грех свой «модем» для пожатья грядущей беды
Ведь шустро палит и жалит за грех всех тут «шеол»
Это засыхающий ареал, но снят у «ада» тайны её ореол,
Отрезанные от Источника жизни отходят просто в свой вечный дом,
Они превращаются в дым,
Это растянутый во времени на срок жизни их «самосожженья» Содом,
Тут спичкою язык, что воспламеняет в круге жизни геенны огонь
Нет гармонии в горении, зато в дыхании пламени греха явная вонь,
Повязан каждый, кто увяз в мира сего болоте,
Снопами явно НЕ пшеницы, их НЕ единицы
Пусть они и в альпинистской связке,
Как детали в одном движке, они в тесном своём кружке
Хоть пусть и в обильной смазке,
И пусть всё на мази у них порою,
Себе снова что- то поступками роют
Ведь на глазах когда повязки
Такая вот у них будет программа – искать яму!
Алгоритм греха не сложен, но он ложен
Кто не чтил чистоту супружеского ложа
Тот сядет в лужу, упадёт и сядет в галошу.
Тут нечего собирать Гаврошу,
Пропали не за грош, когда сорняки они, а не рожь.
Тут гордые поминают павших своих героев,
Они были разрозненным роем, но часто ходили строем,
Чего-то стоя и желая застоя, желая застолья, ищут стулья
Выпивая же чашу гнева, они зашумели как в улье
Их церквей учения приносят им вечный огонь геморроев,
Пламя огня героев, это музеи мозгов всех безмозглых любителей мглы
Вирус по извилинам так, что их бессмертны все черви геенны
Как будто всех этих весомых томов тонны пришли из тины,
Их учения хоть не легки, но вышли из той же «Афродитовой» пены.
Образ башни вавилонской в постройке всех их храмовых зданий
От безделья надавали себе заданий
Для создания сектофобии в массах и сектоманий.
И мал политику в свете всех гос. религий Наполеона ныне камзол.
Кто состряпал религию под пяту сего нового Цезаря, на тех он не зол.
И их спагетти готовы, как бесплатный сыр для жителей гетто
Но от дома к дому ходячие «вилки» всё снимают с ушей
В Божьем свете Библейским советом,
Своей вестью благою о чудном наступающем «лете»…
Это вилы тем, кто прячется в виллы,
Всем «по норам» от Божественной кто прячется силы.
Прерывают их летаргический сон опосля литургии,
Обличают пир во время чумы, прерывают все их оргиИ
Отменяя стачки, нет у кого заначки для покупки новой «тачки»,
Избегая стычек с теми, у кого на погонах лычки.
Оставить пора напыщенного от «веры» поводыря - как слепца,
Не для Царства «скопца», а простого купца и дельца.
Пора говорить « ДА» всегда на просьбы все НЕБЕСНОГО Отца.
Оставив мир и ново-вавилонский пир,
Сжигаем жир, сажая свой инжир.
И виноградную обхаживать пора теперь свою лозу,
Так сможем переждать и пережить «грозу».
Нас приглашают ведь в потомки Авраама,
По вере дети мы ему своими новыми такими же делами.
Тут государство Царства.
Вот, новый богоизбранный народ.
Мы от лозы Исуса и от его «невесты» царской род.
Шатры Израиля у нас, мы братство, где нету торгашей.
У праведных се праздник великий шалашей!
Из всякой мирской фирмы нам пора на Царства ферму
И по новой форме водить пора неформальных встреч наших норму,
Сердца Эдемские всегда искали во славу Бога рая дельца,
И рай зеркалят, простую жизнь являя земледельца.
Тут Бог Иаг и Башня и Скала. С Сыном его мы сядем у стола.
И всё творение хвалу Иаг поёт. И внутренний человек не устаёт
А внешний получает не мерой дух от Бога
И сквозь Шатёр – «невесты» Град, - у нас теперь дорога
И свет лампады от храма сего Царства уже не угасить.
«Левитам» велено о сём по всей планете возгласить.
Столицей быть и храмом нашим – огромна это честь.
Пусть знают все, что ныне на «Сионе» вновь что-то у нас есть!
И «ново небо» дарует нам под солнцем все поля,
В наследье кротким «новая» обетованная сия «земля»!
F.E.V. (14 октября 2011 года+22 декабря 2011 года+ 23 июля 2012 года)
